Цветкова Н.А. ОСОБЕННОСТИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ С РЕБЕНКОМ МАТЕРЕЙ, ИМЕЮЩИХ РАЗНЫЙ УРОВЕНЬ СЕМЕЙНОЙ ТРЕВОГИ // INTERNATIONAL JOURNAL OF MEDICINE AND PSYCHOLOGY. — 2022. — № 5(8). — С. 134-140.
DOI: 10.38006/2022.134.140
Цветкова Н.А., кандидат психологических наук, доцент
Институт педагогики и психологии,
Московский педагогический государственный университет
Рассмотрены особенности взаимодействия с ребенком-младшим школьником матерей с высоким и низким уровнем семейной тревоги. Под термином «семейная тревога», введенным в психологию семьи Э.Г. Эйдемиллером, понимается трехкомпонентный конструкт, в состав которого входят семейная тревожность, нервно-психическое напряжение и чувство вины. Характерным признаком семейного типа тревоги является то, что она может проявляется в сомнениях, страхах, опасениях, касающихся, прежде всего семьи – здоровья ее членов, их отлучек и поздних возвращений, стычек и конфликтов, возникающих в семье. Установлено, что у большинства матерей-москвичек с детьми-младшими школьниками наблюдается с высокий уровень семейной тревоги (70% выборки), причем у низ значимо больше выражены все компоненты этого конструкта. Обнаружено, что у матерей с разным уровнем семейной тревоги наблюдаются особенности в их взаимодействии с детьми, а именно: низкий уровень семейной тревоги у матерей способствует установлению более здоровых и благоприятных взаимоотношений в системе «родитель – ребенок». Это проявляется в том, что матери с низким уровнем тревоги обладают более высоким принятием, больше направлены на сотрудничество и согласие с ребенком, у них лучше проявляется последовательность в отношениях с ребенком, а также такие матери больше удовлетворены отношениями с ребенком; а у матерей с высоким уровнем тревоги при более выраженных показателях семейной тревоги будет наблюдаться снижение авторитетности родителя для ребенка. Установлены многочисленные корреляционные взаимосвязи между уровнем семейной тревоги матери и характеристиками ее взаимодействия с ребенком.
Социальный заказ на повышение качества семейного воспитания определяет высокий интерес исследователей к различным аспектам семейной жизнедеятельности. Одним из важнейших аспектов является уровень функциональности/дисфункциональности семьи, который определяется, в том числе, уровнем семейной тревоги родителей ребенка.
Цель настоящего исследования – изучить взаимосвязь психологического состояния матери, проживающей в мегаполисе (г. Москва), имеющей ребенка-младшего школьника возраста 6-9 лет, с предпочитаемыми ею стилями взаимодействия с ребенком. В качестве характеристики психологического состояния матери нами использовался конструкт «семейная тревога», определяющий степень уверенности/неуверенности разных членов семьи относительно своего положения и функционирования в данной семейной системе [1].
В качестве эмпирических методов исследования использовались опросник «Анализ семейной тревоги (АСТ)» Э. Эйдемиллера, В.В. Юстицкиса и опросник для изучения взаимодействия родителей с детьми И.М. Марковской (ВРР) [2].
Математическая обработка данных произведена с помощью стандартизированной программы IBM SPSS Statistics 21.0.
Выборку исследования составили 60 респондентов: женщины-матери младших школьников, имеющие детей возраста 6-9 лет; все они проживают в г. Москве.
Анализ литературы по теме исследования показал, что современная психологическая наука рассматривает материнство как имеющее глубокие биологические предпосылки и предстающее в человеческой культуре как сформированный в процессе исторического развития общества социальный заказ, определяющий самосознание и чувства женщины-матери [3]. Будучи сложным феноменом, интегрирующим биологический, психологический и социальный компоненты, материнство включает в себя семейные ценности, материнские (родительские) установки и ожидания, материнские позиции, материнское отношение, материнские чувства, материнскую ответственность, стиль воспитания [4].
В течение последних десятилетий произошел кардинальный поворот от патриархальной (или интенсивной) модели материнства к современной модели материнства [6]. Патриархальная модель предполагает, что матери должны всегда ставить интересы детей превыше своих; мать должна быть полностью удовлетворена, реализована и идентифицирована исключительно через выполнение материнских функций, тогда как современный взгляд на материнство предполагает, что: а) решение женщины о рождении ребенка является полимотивированным, мотивы деторождения отражают индивидуальную систему ценностей; у большинства женщин это решение в высокой степени связано со значимыми для них социально-ролевыми установками; б) модели материнства у современных городских женщин имеют ряд вариантов, а именно: «педагогическая» модель ориентирует мать прежде всего на успешное развитие и социализацию ребенка, «психологическая» – на принятие и развитие его индивидуальности, «партнерская» – на достижение гармонии в отношениях у членов диады, «жертвенная» основана на убеждении в необходимости полного подчинения матери потребностям ребенка, «феминная» модель материнства акцентирует удовлетворение матерью потребности ребенка в любви, заботе и бытовом комфорте, «устраняющаяся» – только в любви [7, 8]. На первом этапе исследования выборка на основании результатов, полученных с помощью методики «Анализ семейной тревоги (АСТ)» Э. Эйдемиллера, В.В. Юстицкиса, была разделена на две группы. Первую группу составили 18 матерей (30% от общей выборки) с низким уровнем семейной тревоги, вторую − 42 матери (70%) с высоким уровнем семейной тревоги.
Семейная тревога определяется как трехкомпонентный конструкт, в состав которого входят семейная тревожность, нервно-психическое напряжение и чувство вины. Характерным признаком семейного типа тревоги является то, что она может проявляется в сомнениях, страхах, опасениях, касающихся, прежде всего семьи – здоровья ее членов, их отлучек и поздних возвращений, стычек и конфликтов, возникающих в семье. В основе «семейной тревоги», как правило, лежит плохо осознаваемая неуверенность человека в каком-то очень для него важном аспекте жизни: это может быть неуверенность в чувствах другого супруга, неуверенность в себе. Важными составляющими «семейной тревоги» является также чувство беспомощности и ощущения неспособности вмешаться в ход событий в семье, направить его в нужное русло. Индивид с семейно-обусловленной тревогой не ощущает себя значимым и действующим лицом в семье, независимо от того, какую позицию он в ней занимает и насколько активную роль играет в действительности [6].
Большой процент матерей с высоким уровнем тревоги по сравнению с количеством матерей с низким уровнем тревоги свидетельствует, с нашей точки зрения, о перегруженности московских матерей обязанностями; стремление к социальной активности забирает много времени и энергии, и возникает тревога относительно качества выполнения своих семейных и материнских обязательств.
Далее в обеих группах с использованием критерия U Манна-Уитни были изучены различия в выраженности составляющих его компонент. Оказалось, что уровень семейной тревожности, напряженности и вины значимо выше у женщин с высоким уровнем общей семейной тревоги (табл. 1)
Это значит, что при оказании терапевтической помощи матерям, у которых диагностирован высокий уровень семейной тревоги, специалист должен работать по устранению всех компонентов, входящих в эту интегральную характеристику восприятия женщиной своего положения в семье.
Далее был качественно-количественный анализ данных, полученных с помощью методики «Опросник для изучения взаимодействия родителей с детьми И.М. Марковской (ВРР)». Было установлено (см. табл. 2), что у матерей с разным уровнем семейной тревоги наблюдаются особенности в их взаимодействии с детьми, а именно: низкий уровень семейной тревоги у матерей способствует установлению более здоровых и благоприятных взаимоотношений в системе «родитель – ребенок». Это проявляется в том, что:
а) матери с низким уровнем тревожности обладают более высоким принятием, больше направлены на сотрудничество и согласие с ребенком, у них лучше проявляется последовательность в отношениях с ребенком, а также такие матери больше удовлетворены отношениями с ребенком;
б) у матерей с высоким уровнем тревожности
при более выраженных показателях семейной тревоги будет наблюдаться снижение авторитетности родителя для ребенка.
Для того, чтобы выявить взаимосвязь между показателями семейной тревожности и особенностями детско-родительских отношений был проведен корреляционный анализ Спирмена (табл. 3).
В результате проведенного корреляционного анализа у матерей с низким уровнем семейной тревоги были выявлены как положительные, так и отрицательные взаимосвязи с параметрами их взаимодействия с ребенком (рис. 1).
Положительные взаимосвязи были выявлены между:
виной и мягкостью-строгостью (r=0,39 при р=0,01), то есть чем больше чувство вины испытывает мать ребенка, тем большей строгостью отличается ее взаимодействие с ребенком); автономностью-контролем (r=0,37 при р=0,02, то есть чем больше чувство вины испытывает мать ребенка, тем больше она стремится контролировать ребенка); эмоциональной дистанцией – близостью (r=0,58 при р=0,0001) то есть чем больше чувство вины испытывает мать ребенка, тем меньшую эмоциональную дистанцию она выстраивает во взаимодействии с ребенком);
тревожностью и мягкостью-строгостью (r=0,45 при р=0,003), то есть чем выше тревожность у матери, тем большей строгостью отличается ее взаимодействие с ребенком; автономностью-контролем (r=0,44 при р=0,004), то есть чем выше тревожность у матери, тем более строгий контроль ребенка она устанавливает; эмоциональной дистанцией – близостью (r=0,59 при р=0,0001), то есть чем выше тревожность у матери, тем меньшую эмоциональную дистанцию она выстраивает во взаимодействии с ребенком; напряженностью и нетребовательностью-требовательностью (r=0,31 при р=0,049), то есть чем выше напряженность матери, тем более требовательной к ребенку она будет; мягкостью-строгостью (r=0,32 при р=0,04), то есть чем выше напряженность матери, тем более строгой она будет; автономностью-контролем (r=0,42 при р=0,01), то есть то есть чем выше напряженность матери, тем более контролирующей ребенка она будет; эмоциональной дистанцией – близостью (r=0,65 при р=0,0001), то есть чем выше напряженность матери, тем более эмоционально близкой к ребенку она будет;
общим уровнем семейной тревоги и нетребовательностью-требовательностью (r=0,31 при р=0,046), то есть чем выше у матери общий уровень семейной тревоги, тем более требовательной к ребенку она будет; мягкостью-строгостью (r=0,43 при р=0,004), то есть чем выше у матери общий уровень семейной тревоги, тем более строгой она будет; автономностью-контролем (r=0,47 при р=0,002), то есть то есть чем выше у матери общий уровень семейной тревоги, тем более контролирующей она будет; эмоциональной дистанцией – близостью (r=0,69 при р=0,0001), то есть чем выше у матери общий уровень семейной тревоги, тем более эмоционально близкие отношения она будет устанавливать с ребенком.
Отрицательные взаимосвязи были выявлены между:
виной и отвержением-принятием (r=-0,4 при р=0,01), то есть чем больше у матери чувство вины, тем меньше ее принятие ребенка и больше отвержение; несогласием-согласием (r=-0,46 при р=0,002), то есть чем больше у матери чувство вины, тем меньше ее согласие с ребенком и больше несогласие; непоследовательностью-последовательностью (r=-0,59 при р=0,0001), то есть чем больше у матери чувство вины, тем меньше ее последовательность в своих воспитательных действиях и больше непоследовательность; удовлетворенностью отношениями с ребенком (r=-0,4 при р=0,01), то есть то есть чем больше у матери чувство вины, тем меньше ее удовлетворенность отношениями с ребенком;
тревожностью и несогласием-согласием (r=-
0,38 при р=0,01), непоследовательностью-последовательностью (r=-0,54 при р=0,0001), удовлетворенностью отношениями с ребенком (r=-
0,4 при р=0,01);
напряженностью и несогласием-согласием (r=-0,33 при р=0,03), непоследовательностью-последовательностью (r=-0,46 при р=0,002), удовлетворенностью отношениями с ребенком (r=-
0,33 при р=0,04);
общим уровнем семейной тревоги и отвержением-принятием (r=-0,33 при р=0,04), несогласием-согласием (r=-0,43 при р=0,004), непоследовательностью-последовательностью (r=-
0,57 при р=0,0001), удовлетворенностью отношениями с ребенком (r=-0,44 при р=0,004).
Таким образом, было выявлено, что в группе матерей с низким уровнем семейной тревоги чем больше у матери уровень испытываемой вины, тревожности и напряженности, тем более она будет строгой и требовательной во взаимодействии с ребенком, будет осуществлять более жесткий контроль и стремиться к установлению эмоциональной близости с ребенком, но при этом у нее будет более выражено отвержение личностных качеств ребенка, будет отсутствовать последовательность в воспитательных требованиях к ребенку и будет снижаться удовлетворенность в отношениях с ребенком.
В результате проведенного корреляционного анализа у матерей с высоким уровнем семейной тревоги (табл. 4) были выявлены только отрицательные взаимосвязи между авторитетностью родителя и тревожностью (r=-0,49 при р=0,039), общим уровнем семейной тревоги (r=-0,47 при р=0,049).
В результате проведенного корреляционного анализа у матерей с высоким уровнем семейной тревоги были выявлены только отрицательные взаимосвязи между авторитетностью родителя и тревожностью (r=-0,49 при р=0,039), общим уровнем семейной тревоги (r=-0,47 при р=0,049).
Рис. 2. Корреляционная плеяда значимых взаимосвязей в группе матерей с высоким уровнем семейной тревоги
Примечания: отрицательные корреляции при р<0,05
Таким образом, было выявлено, что в группе матерей с высоким уровнем семейной тревоги и высокой тревожностью будет наблюдаться снижение уровня авторитетности родителя для ребенка.
Резюмируя итоги исследования, можно сделать следующие выводы:
− у матерей с разным уровнем семейной тревоги наблюдаются особенности в их взаимодействии с детьми, а именно: низкий уровень семейной тревоги у матерей способствует установлению более здоровых и благоприятных взаимоотношений в системе «родитель – ребенок». Это проявляется в том, что матери с низким уровнем тревоги обладают более высоким принятием, больше направлены на сотрудничество и согласие с ребенком, у них лучше проявляется последовательность в отношениях с ребенком, а также такие матери больше удовлетворены отношениями с ребенком; а у матерей с высоким уровнем тревоги при более выраженных показателях семейной тревоги будет наблюдаться снижение авторитетности родителя для ребенка.
Существуют многочисленные корреляционные взаимосвязи между уровнем семейной тревоги матери и характеристиками ее взаимодействия с ребенком. А именно: у матерей с низким уровнем семейной тревоги чем больше у матери уровень испытываемой вины, тревожности и напряженности, тем более она будет строгой и требовательной во взаимодействии с ребенком, будет осуществлять более жесткий контроль и стремиться к установлению эмоциональной близости с ребенком, но при этом у нее будет более выражено отвержение личностных качеств ребенка, будет отсутствовать последовательность в воспитательных требованиях к ребенку и будет снижаться удовлетворенность в отношениях с ребенком. А у матерей с высоким уровнем семейной тревоги при повышении тревожности, напряженности и вины, наблюдается снижение авторитетности родителя для ребенка.
